Библиотеки Республики Северная Осетия-Алания

 


ПЕРВЫЕ БИБЛИОТЕЧНЫЕ ОБЪЕДИНЕНИЯ РОССИИ


     1.История возникновения и деятельность Общества библиотековедения
В 1899 году в Петербурге возникло Русское библиологическое общество. Оно поставило своей задачей содействовать теоретической выработке и практическому применению мер "для облегчения обозрения всех родов литературных произведений", а так же изучение книжного дела "в его прошлом и настоящем". В уставе общества, утвержденном Министерством Внутренних дел и Главным управлением по делам печати, отмечалось, что деятельность общества состоит в устройстве собраний для выслушивания докладов по специальностям Общества, в издании трудов, "имеющих отношение к библиологии" и своего печатного органа, а так же в устройстве публичных чтений. Кроме того, объявлено, что по мере развития средств Общества "учреждает конкурсы, с объявлением и присуждением премий", устраивает съезды, временные и постоянные выставки.
В 1902 году в Обществе была выделена секция библиотековедения. Ее председателем был избран Эдуард Александрович Вольтер. Секретарем был избран М. Богданов. Одновременно организованы секции книговедения, историко-литературная, историко- географическая, историческая, археологическая, филологическая.
Первое собрание секции библиотековедения состоялась 13 ноября 1903 года. В нее вошли члены Общества, а так же представители многих библиотек.
Число постоянных членов секции вскоре превысило 40 человек. В печати было дано объявление о свободном доступе всех желающих в состав секции.
Активные участники этой секции и стали в последствии создателями самостоятельного общества библиотековедения. Но уже в период работы секции они многое сделали для объединения библиотечной общественности. Так, члены секции подготовили обстоятельные доклады о правовом положении русских общественных и народных библиотек, об отдельных вопросах технологии (регистрация произведений русской печати, хранение периодических изданий, устройство каталогов, система классификации, опыт зарубежных библиотек и т.д.).
     Большой общественный резонанс имела знаменитая записка о нуждах русского библиотечного дела. В феврале 1905 года секция посчитала своим долгом, как представительницы интересов библиотечного дела, высказать открыто свое мнение о препятствиях на пути развития библиотек. Секция отвергла предложение включиться в деятельность государственной комиссии по вопросам русского просвещения, ибо, на ее взгляд, будущее библиотечного дела должно зависеть в первую очередь от общественного движения. В мае 1905 года записка была подготовлена, напечатана "с дозволения цензуры" и разослана в редакции газет и журналов, в местные общественные библиотеки. В этой записке подробно освещалось бесправное положение русского библиотечного дела, анализировалась степень закономерности регулировавших его административных распоряжений. Секция выразила твердое убеждение в безусловной необходимости отмены всех законоположений и распоряжений, стесняющих библиотечное дело. Она потребовала также установить явочный порядок открытия библиотек и "водворить" свободу печати.
Воплощению в жизнь идей записки 1905 года помешал спад революционной ситуации. Кроме того, сама секция не чувствовала себя достаточно свободной в рамках Библиологического Общества. Идея создания нового Общества назрела.
     Самостоятельное общество библиотековедения было создано на учредительном собрании 5 ноября 1907 года в помещении библиотеки Академии художеств в Петербурге. В этом собрании приняли участие 31 человек. 18 марта 1908 года Общество было зарегистрировано. Своей целью оно поставило содействие усовершенствованию библиотечного дела в России.
     Проект Устава Общества библиотековедения составил Антон Антонович Гинкен - один из членов секции библиотековедения.
Устав нового Общества определял способы его деятельности, порядок вступления и выбытия членов, размер членских взносов, возможность открытия филиалов. Обществу предоставлялось право иметь собственность, ходатайствовать перед правительством о пересмотре законоположений "по библиотечной части", назначать своим членам и другим лицам денежные премии и другие награды, и спрашивать для них таковые для правительства. Высшим органом общества объявлялась общее собрание его членов, которое тайным голосованием большинством голосов избирало исполнительный орган - совет сроком на два года. В состав совета включались председатель, его заместитель, секретарь, казначей и два члена. Желающие вступить в члены
Общества должны были заявить об этом письменно и представить рекомендации не менее двух членов Общества. В состав Общества они избирались тайным голосованием собрания.
Число членов Общества быстро росло и в 1916 году насчитывало уже 237 человек.
Общество ставило перед собой три основные задачи:
- знакомство с современным положением дел в русских библиотеках;
- изучение библиотековедения на основе русских библиотек и на основании западноевропейской практики;
- выработка наиболее целесообразных для русских библиотек всех типов и способов деятельности.
     Решено было нормализовать организацию библиотечного дела в народных библиотек. С этой целью осенью 1908 года в 3075 библиотеки были разосланы опросные листы, которые дали богатый материал для дальнейшей работы. Эта новаторская для того времени акция была субсидирована одним из основателей общества М. Я. Виллие. Комиссия, проанализировавшая анкеты, выработала "Нормальный план внутренней организации" этих библиотек, уделив особое внимание системе выдачи книг и библиотечной отчетности.
     Второй важнейшей проблемой был признан анализ кадрового состава библиотечных работников. В докладе, подготовленном К. И. Рубинским, было признано "полное почти отсутствие в с среде русских библиотекарей людей, хорошо осведомленных в порученном им деле". Причинами такого положения названы "полное игнорирование у нас вопроса о подготовке библиотечных служащих" и "в высшей степени тяжелое материальные условия этой службы". Особое внимание уделяло Общество учреждению своей специальной библиотеки. Фонд ее был собран из пожертвований.
     В 1910 году выходит в свет печатный орган Общества – журнал
"Библиотекарь". В течении шести последних лет он активно боролся за развитие библиотечного дела, объединение общественных сил для решения этой задачи. Журнал выходил 4 раза в год. Редактировал его по положению секретарь Общества при содействии двух соредакторов избранных советом Общества. Уже через год работы журнала число подписчиков составило более
500 человек. Журнал помещал как теоретические статьи по библиотечному и книжному делу, так и отчеты о практике работы библиотек, библиографические заметки, "Свод рецензий" о новых книгах, зарубежную хронику, книгоиздательские объявления, "Список запрещенных изданий", отчеты о деятельности Общества библиотековедения.
     В 20-е годы две причины вызвали к жизни библиотечные объединения – дефицит квалифицированных библиотечных кадров и резкое сокращение аппарата органов управления библиотечным делом. Соответственно в деятельности объединений выделялись два направления: повышение квалификации кадров и административно-организационная работа в области библиотечного дела. Само по себе сочетание таких функций в одном органе вполне допустимо и в отдельных случаях даже может быть оптимальным. Однако в начале 20-х г.г. этот путь оказался не эффективным, что и доказывает анализ практики работы библиотечных объединений.  Их организационная структура в основном складывалась из общего собрания как высшего руководящего органа и президиума, который осуществлял текущее руководство деятельностью объединения. Формально президиум был выбранным, но на местах состав его фактически не менялся.
     Поначалу внимание акцентировалось на так называемой переподготовке библиотекарей. Она предусматривала политзанятия для работников библиотек и повышение их профессиональной квалификации. Как правило, в каждом объединении создавался кружок политграмоты и кружки (секции) по организационным и методическим вопросам библиотечной работы. Форма докладов с последующим обсуждением была вскоре заменена семинарскими занятиями.
Обучение в политическом и библиотечных кружках проводилось обычно еженедельно. Кроме того, были ежемесячные общие собрания, на которых проходили дискуссии по вопросам, представляющим интерес для большинства членов объединения.
     Работа по повышению квалификации библиотекарей имела определенные достоинства: в условиях, когда в стране специальная литература издавалась малыми тиражами, когда только открывались первые специальные учебные заведения, библиотечные объединения были по существу единственным каналом пропаганды и распространения библиотечных знаний. Из неминуемо сопутствующих болезней сильнее всего сказывались теоретизирование, оторванность от практики; и в результате - "молчаливая пассивность" библиотекарей, постепенное снижение интереса к объединениям как форме повышения квалификации. Отсутствие достаточно продуманного и четкого плана работы объединений приводило к перегрузке занятий множеством мелких вопросов.
     Сложным моментом в деятельности объединений были взаимоотношения с профсоюзами. Объединения пытались своими силами решать некоторые проблемы бытового и социального характера (охрана труда, защита прав библиотекарей, выработка тарификаций и прочее), но встречали упорное сопротивление со стороны профсоюзных органов, которые усматривали в этом стремлении к "цеховщине", "секционности", покушении на права профсоюзов.
     Выполняя в какой-то мере управленческие функции, библиотечные объединения, тем не менее, были лишены властных полномочий, поэтому вся их деятельность в этом направлении "зависала в воздухе" не имела под собой юридических оснований, а значит, и конкретного эффекта.
     Это противоречивое и запутанное положение объединений стало предметом специальной дискуссии на страницах "Красного библиотекаря". В ней принимали участие М.Смушкова, Л. Коган, Н. Фридьева. Главная цель дискуссии заключалась в осмыслении программных документов, регулирующих деятельность объединений, глубоком анализе практики их функционирования и поиски путей выхода из кризисного положения.
     Дискуссия, хотя формально и не получила завершения, имела большое значение. Она показала, что библиотечные объединения, даже в несовершенной форме, были нужны библиотекарям. Участники дискуссии пришли к выводу, что те несложные формы организации их деятельности, которые применялись на этапе создания объединений, нуждаются в изменении и развитии. Следовало более четко определить взаимоотношения бибобъединений с политпросветами и профсоюзами, кроме того, отмечалось, что назрела разработка более глубокого и детального положения об объединениях, которое определило бы их права и обязанности, статус, структуру и содержание деятельности, сформулировало бы задачи библиотечных объединений на ближайшую и более отдаленную перспективу.
     В ходе обсуждения были высказаны важные конструктивные идеи о необходимости демократизации организационной структуры и деятельности объединений, об опасности унификации правил, форм и методов работы. К сожалению, эти идеи не были приняты тогда широкой библиотечной общественностью и главное - органами государственного управления библиотечным делом. Об этом свидетельствует содержание инструкции
Главполитпросвета "О подготовке и переподготовке библиотечных работников" 1925г. Этот документ не регламентировал размежевание деятельности бибобъединений с политпросветом и профсоюзами; библиотечный отдел Главполитпросвета оставил в стороне этот острейший вопрос. Что касается содержания деятельности объединений, то акцент тыл сделан на подготовку и переподготовку библиотекарей. Причем эта инструкция еще более строго определяла организационную структуру объединений и программу деятельности каждой из секций. Судя по публикациям в печати, на местах работа объединений часто продолжалась в прежнем русле. Это
"непослушание" Главполитпросвету привело к тому, что многие объединения, предпочитая творческую инициативу указаниям центра, добились хороших результатов. Так, плодотворной была работа секции НОТ Московского библиотечного объединения и планово-методической секции Ленинградского объединения, практика созывов поволжских объединений, всеукраинских библиотечных конференций и съездов, издания некоторыми объединениями
(Челябинским, Тифлисским, Семипалатинским, Одесским и др.) журналов, газет бюллетеней.

     Инструкция 1925 года не была согласована с Цекпросом, поэтому в некоторых регионах сложилась довольно трудная ситуация. Например, на Украине библиотечные объединения подвергались нападкам со стороны профсоюзов. Что ставилось им в вину ? "Объединение... ведут свою историю... от дореволюционных "товариществ библиотекарей", которыми они и сейчас по существу остались".
     Особое недовольство профсоюзных лидеров вызывало стремление библиотекарей к объединению и наличие выборных органов. Являясь "общественными организациями", имеющим свои "организационные центры", эти библиотечные объединения... пытаются превратиться из "методических организаций"... в организации, желающие взять на себя руководство всей библиотечной работой, подменяя этим соответствующие союзные органы, а в отдельных случаях и пытающиеся взять на себя задачи представительства по защите экономических и других интересов библиотечных работников. Увидев в объединениях чуть ли не контрреволюционные организации, всеукраинский съезд профсоюзных библиотекарей вынес резолюцию ликвидировать библиотечные объединения как никчемные, "кастовые (если не хуже) организации".
     Такая, по словам Ф. Доблер, "зубодробительная тактика" по отношению к бибобъединениям хотя и не была типичной, ярко отражает накал страстей вокруг этой проблемы. Споры о соотношении объединений с политпросветом и профсоюзами проходили и на I Всеукраинском библиотечном съезде, и на конференциях организуемых библиотечным отделом Главполитпросвета.
     Показательны в этом отношении методические конференции, на которых достаточно четко сформулировано официальное мнение и принятые конкретные резолюции: "обсуждение вопросов организационного политпросветовского характера не должно входить в работу бибобъединений... Вопросы... политподготовки... должны выпасть из сферы работы бибобъединения...
Библиотечные объединения – это орган переподготовки по методической линии... Бибобъединения есть орган методбюро ОНО".
     Эта резолюция не имела директивной силы, но она говорит о намерении
Главполитпросвета свести функции объединений к чисто методическим.
     Окончательно методическая направленность деятельности объединений была закреплена в "Инструкции о работе библиотечных совещаний". Эта инструкция, во-первых, изменила само название объединений, заменив его на "библиотечные совещания". Во вторых, что более важно - четко определило сущность и функции бибсовещаний: "Библиотечное совещание является одной из форм организации методической работы библиотек и систематического повышения квалификации библиотекарей. В его задачи входит: а) проработка методических вопросов библиотечного дела; б) поднятие квалификации бибработников путем разрешения актуальных вопросов библиотечного дела; в) организация плановой помощи городских библиотекарей деревенским".
     Выборный президиум как руководящий орган упразднялся.
     Таким образом, библиотечные объединения перестали быть профессиональной общественной организацией, окончательно трансформировались в методический орган.
     Таким образом, созданные 20 - е годы библиотечные объединения стремились к профессиональной консолидации и содействовали развитию библиотечного дела в стране. Однако деятельность объединений по защите экономических и юридических прав библиотекарей, попытки улучшить условия их работы и быта встречали противодействие со стороны профсоюзов. Уполномоченные решать некоторые организационно-административные вопросы, бибобъединения фактически были лишены самостоятельного статуса и официальных полномочий.
Наибольшего успеха они достигли в профессиональном просвещении библиотекарей. Предложенная объединениями децентрализованная система повышения квалификации имела следующие черты: повсеместность; всеобщий охват; непрерывность.
     Основной причиной, которая затруднила дальнейшее развитие библиотечных объединений как общественных, профессиональных организаций (точнее – сделало это невозможным) и привела к их трансформации в методические органы, очевидно, является строгая регламентация их деятельности, контроль со стороны органов управления библиотечным делом. Требование унификации форм, методов работы, организационных структур и планов сковывала творческую активность, инициативу библиотекарей. В построении и руководстве работой объединений фактически отсутствовали демократические начала. Объединения не имели самостоятельного статуса, юридических прав и материальной база для реализации задач по управлению библиотечным делом.  Недостаточно четко была определена функциональная направленность деятельности библиотечных объединений, что влекло за собой дублирование ими отдельных функций органов политпросвета и профсоюзов.